В Амстердаме испокон веков существовала обширная система социальных служб. Этому придавалось колоссальное значение. Приюты в Амстердаме и других городах Нидерландов были довольно обычным явлением. Детские дома, богадельни для престарелых и бедняков, странноприимные дома, больницы, хофьез (дворики для неимущих), места, где можно было оставить подкидыша, — подобные заведения можно было найти по всей Голландии. С помощью подобных учреждений город пытался избежать распространения инфекционных заболеваний, роста преступности, но и конечно же, таким образом власти демонстрировали свое милосердие в отношении к обездоленным. Даже исправительные учреждения создавались по принципам гуманности, – дабы избежать использования телесных наказаний, которые были обычным явлением до появления исправительно-трудовых колоний, и направить преступников на путь исправления посредством труда. Кроме того, не только власти города проявляли заботу об обездоленных и помогали сиротам, старикам, бедным и больным. Многочисленные церкви и монастыри также играли в этом важную роль. Вопросы благотворительности всегда считались очень важными в разных городах и провинциях Голландии.
Приют для детей официальных горожан
В больших городах обычно существовали муниципальные приюты для сирот и обездоленных. Богадельни и приюты в Амстердаме были разного уровня и направления. С 1520 года сироты амстердамских горожан размещались в Городском детском доме (Burgerweeshuis, дословно: приют для городских детей-сирот). Он занимал особое место среди других благотворительных учреждений Амстердама. Этот детский дом предназначался исключительно для официальных горожан, то есть, жителей Амстердама, имеющих гражданство города. Напомню, что в то время в Амстердам в поисках заработка стекался люд ото всюду. Подкидыши и дети не граждан города в этот приют не принимались. Помимо требований к гражданской принадлежности, приют отличался от других заведений такого рода. Он был уникален своей финансовой независимостью. Дело в том, что после Реформации он получил в свое распоряжение земли и имущество бывшего монастыря, чем и была заложена основа для более чем четырехвековой работы по уходу за сиротами. Там дети получали хорошее образование, чтобы не оказаться в нищете после выхода из детского дома. Они ходили в школу, где мальчиков обучали ремеслам, таким как столяры, плотники, художники, а девочки – рукоделию.
Обычно сирот выпускали в большую жизнь, когда им исполнилось восемнадцать — двадцать лет.
Униформа
Сироты Городского приюта носили ярко окрашенную униформу. Это позволяло узнавать детей как лиц, находящихся под городской опекой. Более того, униформа позволяла лучше контролировать сирот, когда они выходили за пределы приюта. Первоначально костюм был красно-белым, но позже стал красно-черным, потому что белая ткань очень быстро пачкалась. Поскольку в приюте находились сотни детей, правила были строгими. Даже на улице они должны были вести себя подобающим образом, так как их легко было узнать по одежде. Левая сторона платьев и пальто была ярко-красной, а правая – черной, вероятно, это были цвета герба Амстердама, хотя с уверенностью это утверждать нельзя. Форма была отменена только в 1919 году.
Жизнь или выживание
В конце XVI, начале XVII века в Амстердаме значительно выросло число жителей. Золотой Век отличался толерантностью в отношении разных религий, и многие люди, подвергавшиеся преследованиям в других странах за свои религиозные и политические убеждения, искали убежище здесь. Среди них было много немецких, испанских и португальских евреев, а также французских гугенотов, английских протестантов.
Другие эмигранты приезжали сюда в поисках заработка. Амстердам предлагал работу, которую нельзя было найти в другом месте. Это касалось, в частности, людей разного происхождения и ремесел, но муниципальное правительство города особенно поощряло приезд валлонских ткачей. В голландском городе Лейден текстильную промышленность была поставлена на очень высокий уровень. Амстердам же намеревался улучшить свою конкурентоспособность с Лейденом за счет изготовления высококачественных тканей, производимых опытнейшими валлонскими ткачами.
Однако для многих приезжих, а также для некоторых коренных жителей Амстердама, жизнь оказывалась борьбой за существование. По разным причинам далеко не всем удавалось воспользоваться экономическими благами Золотого Века, и когда в таких семьях появлялись дети, родители зачастую не могли о них должным образом заботиться попросту из-за отсутствия жилья, еды и средств. Из-за горькой безысходности, безденежья, голода, нищеты некоторые были вынуждены бросать своих младенцев, а порой и детей более старшего возраста. Чтобы выжить, они обращались за помощью к различным церковным конфессиям и властям города.
Приюты в Амстердаме и «мельницы для подкидышей»
В Средние века и позже, вплоть до XIX века, в приютах и монастырях широко использовались так называемые «мельницы для подкидышей», или их еще называли «вращающийся барабан». В Амстердаме до конца XVII века был двадцать один монастырь. В двери некоторых из них встраивался полый вращающийся контейнер. Если родители хотели анонимно оставить своего малыша, то после того, как его помещали внутрь ящика, контейнер поворачивали на пол-оборота и таким образом подкидыш оказывался с внутренней стороны двери, отсюда и название «мельница подкидышей», или «вращающийся барабан». Затем с помощью небольшого колокольчика, висевшего тут же, отчаявшиеся родители оповещал сестер по другую сторону стены о том, что надо заглянуть в ящик. С этого момента монахиням разрешалось заботиться о младенце.
Иногда в пеленки или в одежду детям матери вкладывали записку, в которой могли назвать имя ребенка, сообщить о его вероисповедании, а также о том, следует ли его крестить. Это делалось, конечно, в случае если кто-то из родителей был грамотным. Часто при младенце оставляли цветную ленточку, половину вырезанной зигзагом игральной карты или кусок материи. Из разрезанной таким образом карты получался своего рода пазл. Вторую половинку родители оставляли себе, чтобы с ее помощью идентифицировать ребенка в том случае, если через какое-то время дитя захотят вернуть в родную семью. Такое случалось, но довольно редко. Половина игральной карты, оставшаяся у родителей, служила своего рода распиской.
«Коллегия по раздаче милостыни»
Чтобы полностью избавить город от нищеты на улицах в 1613 году была основана «Коллегия по раздаче милостыни», состоявшая из шести регентов, которые курировали вопросы нищих, сирот и подкидышей. В их задачи входило распределение еды и денежных средств, оказание поддержки больным и нуждающимся женщинам во время родов и организация похорон для бедных. Здесь же регистрировались все вышеназванные представители неимущего сословия и брошенные дети. В отличие от городского приюта, о котором рассказывалось выше, происхождение детей в этой богадельне не имело значения, то есть, сюда принимались дети, чьи родители не являлись гражданами Амстердама или не принадлежали к какой-либо религиозной конфессии. Детей постарше размещали в здании бывшего монастыря Святой Клариссы, где и располагалась коллегия, а совсем маленьких детей временно передавали кормилицам, поскольку многие из подкидышей нуждались в грудном молоке. Большинство кормилиц проживало в одном из беднейших кварталов Амстердама Йордане. Зачастую у таких женщин были свои собственные дети, но они были рады взять подкидыша, поскольку получали за это определенную плату. В Амстердамском музее можно видеть картины с изображенными на них регентами и регентессами приютов во время их благотворительной деятельности.
Приюты в Амстердаме в XVII веке
Количество оставленных детей постоянно росло, 12 декабря 1663 года на Принсенграхте в Амстердаме была забита первая свая для строительства Дома сирот для многочисленных подкидышей и детей без рода и племени. Это было монументальное здание, возведенное по проекту архитектора Даниэля Сталперта, который в свое время принимал участие в строительстве Дворца на площади Дам. Потребность в этом заведении была велика: двадцать лет спустя в нем проживало уже 1300 детей. Из-за такого количества сирот, доверенных приюту, учреждение постоянно испытывало нехватку средств. Однако в то время ответственной за раздачу милостыни и пристройстве сирот и подкидышей, была не только городская администрация. Существовали также церковные приюты в Амстердаме, занимавшиеся благотворительностью. Они также принимал участие в распределении милостыни между больными, нищими и сиротами. Помощь могла выражаться в одежде, деньгах или хлебе. Сотрудники благотворительных организаций зорко следили за тем, чтобы человек не получал помощь сразу из двух источников: от города и от церкви.
При поступлении подкидышей и сирот в приюты в Амстердаме существовали приемные регистрационные книги, в которых велись подробные записи. Указывались имя, место, где был найден ребенок, а также в регистры вкладывались те записки, ленточки и половинки игральных карт, если таковые имелись, которые находились при подкидыше. О ленточках и разрезанных игральных картах писалось выше. Фамилии сиротам придумывали сами регенты детского дома, а все записки и карточные половинки бережно сохранялись на случай, если вдруг родная мать решит вернуть дитя себе.
Приюты в Амстердаме в XVIII веке
Бывали случаи, когда бездетные родители, найдя подкидыша, оставляли его себе. Но без разрешения членов коллегии этого делать было нельзя. Вот один из примеров. 23 марта 1768 года на улицу Нес, недалеко от рыбного рынка, который располагался на современной площади Дам, кто-то подбросил младенца. К счастью, в этот момент мимо проходила горничная, служившая в доме парикмахера неподалеку. Она знала, что её бездетная «хозяйка», очень хотела удочерить девочку. По наивности горничная, убедившись в том, что это девочка, принесла дитя в дом своей работадательницы. Та, видимо, тоже не отличавшаяся здравомыслием, решила просто ограничиться разрешением собственного супруга, и оставить младенца себе.
Но про это прознали надзорные за подкидышами и сиротами органы из Совета по вопросам сиротства. Узнав о находке, регенты заявили права на ребёнка. Они явились в дом парикмахера и «к великому горю супружеской пары» забрали младенца.
Имена для подкидышей
Попадающим в приюты в Амстердаме подкидышам часто давали самые замысловатые имена. Так, детей отправляли в мир с такими именами, как Корнелис Строппот (Корнелис Горшок с сиропом), Антония Аардбей (Антония Клубника), Диркье Эйеркук (Дирк Яичное печенье), Карел Крентеброд (Карел Сдобная булка с изюмом) или Корнелия Синасаппел (Корнелия Апельсин). Кстати, вдохновением служили не только названия фруктов и блюд; иногда использовались названия недавних изобретений: Йоханнесе Стоомбот (Йоханес Паровая лодка) или Элизабет Спорвеген (Элизабет Железная дорога). Порой решающим фактором становилось время, в которое подкидыш поступил в приют, или место, где его нашли. Именно так появилась фамилия Анна Шампань (Анна Шампанское), — ее подобрали на пороге дома торговца вином, поэтому ей относительно повезло. Меньше повезло Марии Секрет (Мария Туалет), — ее обнаружили возле общественного туалета (их раньше называли секретами) на свалке у Лейденских ворот. Некоторые младенцы обязаны своим именем первому впечатлению, которое они производили на попечителей, а когда фантазия регентов окончательно буксовала, малышам могли просто присвоить имя по названию предмета мебели из комнаты регента, или же называть в честь домашнего животного.
Город контрастов. Амстердам XVII и XIX веков
В XIX веке приюты в Амстердаме продолжали принимать детей. Около 1800 года в городе ежегодно находили от 300 до 800 детей, то есть от одного до почти трех в день. По-прежнему приюты в Амстердаме подразделялись на детские дома для детей-сирот с гражданством города, и приюты для подкидышей, в которые поступали брошенные младенцы.
Если XVII век был периодом экономического расцвета в Нидерландах, то к началу XIX века Амстердам переживал крайнюю нищету. От былого процветания почти ничего не осталось, во всяком случае на окраинах города. Здесь уже не царила роскошь, характерная для Амстердама Золотого Века. В каналах плавали трупы мертвых собак и крыс, в гавани гнили от простоя суда, а в городском пейзаже преобладали полуразрушенные лачуги. По грязным улицам бродили нищие, попрошайки, тут и там слонялся люд, больше похожий на криминальный сброд.
Конечно, же состоятельная элита продолжала обогащаться, но такие районы, как Йордан и еврейский квартал с их зловонными трущобами, мрачными переулками и убогими коридорами, погрязшими в грязи, нечистотах и антисанитарных условиях, являли собой рассадник преступности и воплощение разрухи и запустения.
В этих районах проживало много неквалифицированных разнорабочих, грузчиков, прислуги, горничных. Безработица была очень высокой. Более двенадцати тысяч семей (из населения Амстердама в 195 000 человек) получали поддержку в виде хлеба, масла, сыра и торфа. Если семьи не имели гражданства Амстердама, им не полагалось никакой материальной помощи. В 1811 году на улицах жило около восьмисот человек бездомных: нищие, хромые и слепые, убогие, спившиеся моряки, а также доведенные до нищеты матери с детьми.
В то время также существовала форма распределения, организованная городом или церковью, но к этому прилагались определенные условия. Для получения помощи в виде небольшого количества хлеба и торфа, нужно было иметь как минимум четверо или пятеро детей. Без такого рода благотворительной помощи не каждый мог пережить промозглую голландскую зиму с её ледяными ветрами и пронизывающим до костей холодом.
Войны, революции, а также суровые зимы и другие невзгоды часто приводили к пику числа брошенных детей. За весь 1726 год в Амстердаме подбросили всего 25 подкидышей, но это число постепенно выросло до 855 в 1817 году.
Условия содержания в приютах
Условия в приютах для подкидышей и для детей без гражданства в корне отличались от тех, в которых росли и воспитывались сироты из семей со статусом граждан Амстердама. В первых зачастую двое детей делили одну кровать, а порой количество детей в одной кровати достигало 5 человек. Тем не менее матери (так называли женщин-воспитательниц, ухаживающих за детьми), старались делать все возможное, чтобы создать сиротам более или менее приемлемые условия. Зимой хорошо топили, чтобы дети не простужались и не болели, но комнаты при этом плохо проветривались. На рассвете их будили, и им приходится вставать на колени перед кроватью, чтобы поблагодарить Бога за то, что он позволил им пережить ночь в добром здравии. Случалось, что подкидыши передавали друг другу чесотку, и тогда бесчисленных больных приходилось натирать мазью. В половине седьмого утра раздавался звонок, и дети вместе с «мамами» спускались в столовую, где их ждал завтрак из ржаного хлеба, масла, иногда сыра. Только по воскресеньям или в праздничные дни на столах могло появиться мясо или рыба. Ужин часто состоял из белокочанной капусты с картофелем, серого горошка и пахты с крупяной мукой. Дети набивали этим желудок, но наесться такой пищей было невозможно. Еда была слишком тяжелой и ее было слишком мало, чтобы наесться досыта.
Старшие мальчики и девочки содержались строго раздельно. Дети получали элементарное «образование» в самом приюте. С шести до десяти лет их обучали в одной из комнат «обычным молитвам, подходящим для любой религии», а также правописанию и чтению. С десяти до пятнадцати лет они получали наставления по чтению, письму и арифметике, а также по доктрине религиозной конфессии, к которой принадлежали. По выходным мальчики могли играть во дворе с обручем, пока девочки прыгали со скакалками. Когда дети достигали десятилетнего возраста, они переезжали в другое здание, где их обучали ремеслам. Мальчики могли стать плотниками или малярами, девочки – швеями или горничными.
Колония для сирот
В 1807 году в приюте проживало 2554 сирот и брошенных детей, что по-прежнему значительно превышало количество мест. Ситуация была и оставалась драматической. В одном из отчетов попечители отмечали, что «из числа принятых брошенных детей, как правило, 60 — 70 из 100 умирают в течение первого года. Причинами могли служить последствия пренебрежения при рождении, внутреннее физическоге состояние ребенка, страдания, которым он подвергался, будучи брошенным».
Приют для нуждающихся на канале Принсенграхт служил убежищем полтора века, но этому пришел конец 1 мая 1825 года, когда король Нидерландов Вильгельм I загорелся неудачной идеей создания «государственной колонии для сирот» в местечке Венхёйзен, и издал указ, согласно которому приют был обязан отправить всех детей старше шести лет в Венхёйзен. Это местечко лежит на севере от Амстердама, между Пюрмарендом и Хорном. Руководство приюта протестовало против этой затеи, но безрезультатно. Спор по поводу депортации сирот привёл к тому, что 19 июля 1824 года регенты детского дома подали в отставку мэрам. Их просьба была принята, но к тому времени многих сирот, за исключением самых маленьких, уже перевезли на новое место, а основное здание амстердамского приюта было опустошено. Организацию переименовали в «Общество милосердия». Новоназначенный совет регентов этого учреждения взял на себя управление активами и документацией общества. Те немногие, кто остался в Амстердаме, ютились в небольшом здание для содержания «городских нищих».
В итоге идея с колонией оказалась провальной. Условия проживания были ужасными, а кроме того, это был рассадник инфекционных заболеваний.
После глобальной реконструкции в здании бывшегоо приюта расположился Дворец Правосудия.
Приюты в Амстердаме сегодня
Часто во время экскурсий туристы задают вопрос, есть ли сейчас приюты в Амстердаме. Если сегодня обнаруживают подкидыша, пресса тут же набрасывается на это. Подкидыш сегодня – это громкая новость; такое случается крайне редко.
В Амстердаме снова появились «комнаты для подкидышей», в которых отчаявшиеся матери могут оставлять своих новорожденных детей. Комнаты для подкидышей — это современная версия «мельниц для подкидышей», которые использовались при монастырях в более ранние века (о них было сказано выше).
Подобные комнаты — инициатива фонда De Beschermde Wieg (Защищенная колыбель), цель которого — предотвратить ситуацию, когда женщины, забеременевшие не по своей воле, или по другим причинам, оставляют своих новорожденных детей в небезопасном месте, что часто приводит к фатальным последствиям для ребенка. «Beschermde Wieg» фокусируется на женщинах, ставших жертвами инцеста или насилия, но также может включать женщин, живущих в нищете, разыскиваемых судебной системой или стыдящихся своей беременности по религиозным причинам. Иногда за помощью сюда обращаются пары, у которых нет финансовых средств на уход за ребенком. Обнаружение в феврале 2021 года новорожденной девочки, брошенной несовершеннолетними родителями в подземном мусорном контейнере на юго-востоке Амстердама, способствовало созданию такого учреждения. В то время замерзшего и грязного ребенка едва удалось спасти сотрудникам одной из больниц.
Современная «мельница для подкидышей»
В комнате для передачи ребенка есть кроватка, стол и стул. Когда мать входит в комнату, у нее есть два варианта: она может нажать кнопку, чтобы связаться с медицинским работником, или просто оставить ребенка и уйти. После того как мать покидает комнату для передачи ребенка, дверь автоматически запирается за ней. Очень важный момент, заимствованный из прошлого: в кроватке лежит конверт с двумя уникальными частями пазла: одна для ребенка, другая для матери. С их помощью оставляющая ребенка женщина сможет позже доказать, что является его матерью.
С помощью бесшумной сигнализации и камеры на кроватке медицинские работники видят, что там лежит ребенок. Для обеспечения анонимности, мать на видео не показывается, поскольку камера направлена только на ребенка.
ЭКСКУРСИИ, КОТОРЫЕ МОГУТ ВАС ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ
* Нужен уникальный маршрут? Я могу разработать индивидуальную программу экскурсии по вашему запросу. Свяжитесь со мной: +31 616 092 940 (Viber, WhatsApp).
Города с «мельницами для подкидышей»
Фонд Защищенная колыбель открыл первую комнату для сдачи младенцев в 2014 году. Сейчас их тринадцать: в Мидделбурге, Гоэсе, Папендрехте, Роттердаме, Дордрехте, Гааге, Гронингене, Оуденбосе, Зволле, Херлене и Амстердаме. Из более чем десяти комнат для подкидышей в Нидерландах с 2014 года используются только три. Большинство беременных женщин обращаются в «Beschermde Wieg» за советом. В некоторых случаях принимается решение отдать ребенка на усыновление.
Фонд имеет горячую линию и оказывает поддержку матерям во время и после беременности. В прошлом году сотрудники фонда помогли 1500 женщинам. Подавляющее большинство матерей, которые изначально хотели отказаться от своего ребенка, в конечном итоге решили позаботиться о нем сами.
По данным исследовательского института Nidaa, с момента создания таких комнат количество брошенных младенцев и трупов младенцев сократилось. По словам сотрудницы фонда, до его создания в небезопасных местах ежегодно находили от четырех до шести брошенных младенцев. Сейчас это примерно один в год.
Закон запрещает просто оставлять ребенка на произвол судьбы. Именно с целью избавить младенцев от худшей участи, и были созданы эти комнаты.
Затем ребенка передают во временную приемную семью, а мать получает письмо с объяснением всей процедуры.
Приюты в Амстердаме и их метаморфозы
Бывший привилегированный приют Burgerweeshuis для детей, граждан Амстердама просуществовал до 60-х годов прошлого века, после чего в нем расположился Амстердамский Исторический музей. Пока он на реставрации, но когда музей открыт, в его внутреннем уютном дворике, где раньше гуляли приютские дети, и сейчас можно видеть ящички. В них мальчики хранили инструменты и принадлежности, по которым они изучали свое будущее ремесло: инструменты плотников, художников,
Как уже говорилось, здание бывшего приюта для подкидышей и для детей-сирот стало в 1825 году Дворцом Правосудия. В 1990 году подавляющее большинство судебных органов переместилось в новый комплекс зданий, а в здании теперь уже бывшего Дворца Юстиции остался только Апелляционный суд Амстердама. С апреля 2013 года Апелляционный суд тоже переехал по новому адресу, а здание на канале Prinsengracht 432-436 было продано в 2015 году за баснословную сумму в 61,3 млн евро. Сейчас это роскошный 5-звездочный отель, предлагающий 124 номера класса люкс. Вот так бывшие комнаты для сирот, подкидышей и нищих преобразились в изысканные номера по немалой цене отеля Rosewood. Более резкий контраст трудно себе представить – от приюта для бедных и Дворца Правосудия до пятизвездочного отеля менее чем за 200 лет.
